Приглашаем посетить сайт

Cлово "ТОЛСТЫЙ"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ТОЛСТОГО, ТОЛСТОЙ, ТОЛСТОМУ, ТОЛСТЫМ

Входимость: 155. Размер: 136кб.
Входимость: 155. Размер: 81кб.
Входимость: 141. Размер: 138кб.
Входимость: 116. Размер: 128кб.
Входимость: 97. Размер: 58кб.
Входимость: 39. Размер: 62кб.
Входимость: 37. Размер: 19кб.
Входимость: 35. Размер: 18кб.
Входимость: 31. Размер: 20кб.
Входимость: 29. Размер: 14кб.
Входимость: 27. Размер: 12кб.
Входимость: 27. Размер: 16кб.
Входимость: 26. Размер: 19кб.
Входимость: 23. Размер: 17кб.
Входимость: 23. Размер: 16кб.
Входимость: 22. Размер: 12кб.
Входимость: 20. Размер: 102кб.
Входимость: 20. Размер: 63кб.
Входимость: 18. Размер: 16кб.
Входимость: 18. Размер: 126кб.
Входимость: 16. Размер: 95кб.
Входимость: 16. Размер: 62кб.
Входимость: 15. Размер: 96кб.
Входимость: 13. Размер: 9кб.
Входимость: 13. Размер: 60кб.
Входимость: 12. Размер: 126кб.
Входимость: 11. Размер: 18кб.
Входимость: 11. Размер: 48кб.
Входимость: 10. Размер: 10кб.
Входимость: 10. Размер: 58кб.
Входимость: 10. Размер: 97кб.
Входимость: 10. Размер: 66кб.
Входимость: 9. Размер: 45кб.
Входимость: 9. Размер: 47кб.
Входимость: 8. Размер: 50кб.
Входимость: 8. Размер: 45кб.
Входимость: 8. Размер: 43кб.
Входимость: 8. Размер: 35кб.
Входимость: 8. Размер: 62кб.
Входимость: 8. Размер: 47кб.
Входимость: 8. Размер: 127кб.
Входимость: 8. Размер: 40кб.
Входимость: 8. Размер: 34кб.
Входимость: 7. Размер: 10кб.
Входимость: 7. Размер: 66кб.
Входимость: 7. Размер: 89кб.
Входимость: 7. Размер: 49кб.
Входимость: 6. Размер: 4кб.
Входимость: 6. Размер: 23кб.
Входимость: 6. Размер: 50кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 155. Размер: 136кб.
Часть текста: для позднейшего литературного «имморализма» — поскольку все эти направления предлагали свою модель поведения. Для декадентства категория зла — одна из самых основных и структурных. Декадентство могло прославлять зло, но не могло быть этически безразличным. Оно не могло даже обойтись без понятия греха, и потому декадентство так легко вступало в контакт с догматической религией, казалось бы, ему противопоказанной. Литература сопряжена с этикой, но литература нового времени 1 не воспроизводила однозначно нормы и догмы господствующей этической системы или одной из господствующих систем. Искусство для этого чересчур динамично. В этом отношении особенно показателен классицизм; именно потому, что над ним как будто всецело властвовали нормы — этические, политические, эстетические, логические. Для искусства классицизма нормы имеют глубокое организующее значение (как для романтизма структурное значение имеет борьба с нормами), — но отнюдь не математически точное. Трагедия (высшее из созданного французским классицизмом) изображала людей, пораженных страстями. Согласно нормам мышления XVII века, страсть, противостоящая долгу, добродетели, — это слабость, которая нередко влечет к пороку и преступлению 2. Но ведь именно изображением страсти драматург трогал и восхищал своего зрителя. Восхищение зритель не привносил от себя; оно было задумано автором и представляло собой эстетический факт. В предисловии к «Федре» Расин говорит, что только «гнев богов...
Входимость: 155. Размер: 81кб.
Часть текста: имея в виду читателей с чувствительной, восприимчивой ко всему прекрасному душой A . О них же он упоминает в записях, впервые опубликованных в 1984 году. Этот интересный автограф — заметки по поводу второго издания книги «Рим, Неаполь и Флоренция» (1826) — заканчивается словами: «Что касается собственно идей, то лучше мне показаться некоторым людям не совсем понятным, чем другим — многословным. Эти книги созданы для немногих людей, нужна душа, любовь к прекрасному и т. д.» 144 . Среди читателей, о которых мечтал Стендаль, как мы видели выше, были еще при его жизни русские писатели: А. С. Пушкин, П. А. Вяземский и другие. Вскоре после смерти Стендаля к его произведениям обратился и юный Лев Толстой. Из писем Л. Н. Толстого к жене, Софье Андреевне, известно, что в 80-х годах он перечитывал романы французского писателя (мы остановимся на этих письмах ниже). К последним десятилетиям жизни Толстого относятся и его высказывания о Стендале в беседах и переписке с разными лицами. П. А. Сергеенко, секретарь Льва Николаевича, привел его рассказ о том, что первое сочинение им было написано в шестнадцатилетнем возрасте. «Это был философский трактат в подражание Стендалю», — сказал Толстой 145 . Его врач, Д. П. Маковицкий, записал в свой дневник ответ Льва Николаевича на вопрос, не Диккенс ли имел на него главное влияние: «Нет, Стендаль, как я уже много раз говорил» 146 . Об этом писателе Толстой упоминал и в письме к французскому романисту и драматургу Октаву Мирбо 147 , в разговорах с Максимом Горьким и др. Особый интерес вызывали и вызывают слова Толстого в беседе с французским профессором Полем Буайе, гостившим в Ясной Поляне в 1901 году. Остановимся на этом отрывке: «[...] Пусть мне не говорят об эволюции романа, о том, что Стендаль объясняет Бальзака, а Бальзак, в свою очередь, объясняет Флобера. [...] Гении не происходят один от...
Входимость: 141. Размер: 138кб.
Часть текста: которая означает не нарастание, не развитие предшествующего, но переворот. Творения Толстого являются поэтому единственным в своем роде материалом для постановки теоретических вопросов художественного психологизма. Одно из основополагающих открытий Толстого — это открытие нового отношения между текучим и устойчивым началом душевной жизни. К художественному познанию человека по-своему может быть применено то, что психологи называют «стереотипизацией» психических процессов. Называние, определение словом уже само по себе обобщает, абстрагирует, закрепляет явление, и нужны особые усилия, дополнительная работа словом, чтобы отчасти вернуть явлениям их единичность и их динамику. По мере развития художественного психологизма возрастала динамичность изображения человека, но динамика не отменила стереотипизацию, она ее преобразовала. Без «стереотипов» устремлений, страстей, без слагаемых образа, как бы их ни называли — свойствами, качествами, чертами характера, — нельзя было изобразить человека и его поведение ни в XIX, ни в XX веке, хотя это были уже не те свойства и страсти, которыми наделяла своих персонажей литература XVII или XVIII веков. В XX веке, впрочем, делались попытки избавиться от психологического обобщения. На многих участках западной прозы XX века наблюдается убывание характера. Если Толстой высвободил процессы, сделав их предметом художественного исследования (о чем писал еще Чернышевский), то теперь человека пробовали свести к процессам....
Входимость: 116. Размер: 128кб.
Часть текста: их психологических состояний. Слово персонажа может стать до предела сжатым отражением его характера, переживаний, побуждений, своего рода фокусом художественной трактовки образа. Но потребовалось длительное развитие, работа многих великих художников для того, чтобы эти возможности слова могли осуществиться. Литературные формы и функции прямой речи претерпели глубочайшие изменения — от недифференцированной, лишь формально выделенной из повествования речи персонажей средневековых памятников до умышленно бессвязного, исполненного подводных течений диалога в прозе XX века. Стилистическое и интонационное единообразие, неотделенность от авторского слова, иллюстративность — все эти черты прямой речи средневековой литературы (русской, как и западноевропейской) в какой-то, разумеется, видоизмененной форме присущи и высокой прозе эпохи господства рационализма, — даже аналитическому роману. Персонажи «Принцессы Клевской» разговаривают много. Но разговоры их являются не предметом, а лишь средством анализа. Авторское повествование плавно входит в прямую речь и вновь из нее выходит, как бы этого не замечая. Речи героев сохраняют интеллектуальную ясность, логическое изящество при любых обстоятельствах — в пылу любовных объяснений, на смертном одре (предсмертное обращение принца Клевского к жене, которую он подозревает в измене). Даже в «Адольфе», написанном уже в начале XIX века, прямая речь — только нейтральный проводник...
Входимость: 97. Размер: 58кб.
Часть текста: свободной марионетки, или Как сделан архетип (Перечитывая «Золотой ключик» А. Н. Толстого) Марк Липовецкий Утопия свободной марионетки, или Как сделан архетип (Перечитывая «Золотой ключик» А. Н. Толстого) «НЛО» 2003, №60 http://magazines.russ.ru/nlo/2003/60/lipov.html 1 Обильная субкультура, окружавшая сказку Алексея Толстого “Золотой ключик, или Приключения Буратино”, памятна любому, жившему в советское время. Тут были и многочисленные театральные постановки, и фильмы (мультфильм Иванова-Вано, классический фильм А. Птушко, мюзикл Л. Нечаева), и песни (в том числе и на слова Булата Окуджавы), и конфеты, вафли, лимонад, игрушки, маски, магазины, настольные и напольные игры и многое, многое другое, всключая и обширный репертуар, как правило, эротических анекдотов и песенок детского и городского (пост)фольклора. Не забудем и о том, что выражение “Страна Дураков” стало общепринятым синонимом “совка” в перестроечное время, что подтверждалось и названием суперпопулярного телешоу “Поле чудес”. Казалось бы, все это изобилие в той или иной степени было спонсировано советским дискурсом, и потому Буратино должен был бы уйти в область культурных памятников (вместе с Тимуром и его командой и пионерами-героями), уступив место если не Пиноккио, то по крайней мере покемонам и Барби. Ан нет! Достаточно набрать слово “Буратино” на поисковике русского...

© 2000- NIV