Приглашаем посетить сайт

Cлово "ДРАМА"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ДРАМ, ДРАМУ, ДРАМЫ, ДРАМЕ

Входимость: 125.
Входимость: 122.
Входимость: 117.
Входимость: 99.
Входимость: 92.
Входимость: 71.
Входимость: 61.
Входимость: 52.
Входимость: 47.
Входимость: 45.
Входимость: 45.
Входимость: 44.
Входимость: 39.
Входимость: 39.
Входимость: 38.
Входимость: 36.
Входимость: 35.
Входимость: 34.
Входимость: 34.
Входимость: 33.
Входимость: 32.
Входимость: 32.
Входимость: 31.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 29.
Входимость: 29.
Входимость: 29.
Входимость: 28.
Входимость: 28.
Входимость: 27.
Входимость: 27.
Входимость: 26.
Входимость: 26.
Входимость: 25.
Входимость: 24.
Входимость: 24.
Входимость: 23.
Входимость: 23.
Входимость: 22.
Входимость: 22.
Входимость: 22.
Входимость: 22.
Входимость: 21.
Входимость: 21.
Входимость: 21.
Входимость: 21.
Входимость: 20.
Входимость: 20.
Входимость: 20.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 125. Размер: 180кб.
Часть текста: стихийный бунт, безоглядный, сокрушительный в своей интенсивности. Одного из вождей «Бури и натиска», драматурга Клингера, Виланд прозвал «потребителем льви­ной крови» — «Lowenblutsaufer», а соратник Клингера Гейнзе обращался к нему с тирадой, то ли обидной, то ли льстя­щей ему, именуя его царем зверей, рычащим и потрясающим гривой. «Буря и натиск» показывали, что подошел кризис старой Германии, державшейся на унии трех элементов: фе­одальной власти, общинных отношений в городе и в дерев­не и свободного бюргерства. Преобладание было за первым, будущее — за последним. Старые связи ослабли, связуемое выделилось, разложилось, стремясь в каждой своей части к самостоятельному существованию. Члены цеха, общины хо­тели жить новой жизнью, без общинного регламента, повсе­местно слышен был ропот против режима бюрократии, про­тив произвола феодальных владык. Распадение старого фео­дально-бюргерского общества на составляющие его людские единицы нашло для себя выражение у писателей «Бури и натиска», зачастую анархичных по своей настроенности, до­вольных общественным развалом, едва озабоченных тем, к каким новым порядкам он может привести. Пафос героев «Бури и натиска» нередко в том лишь, чтобы с наибольшей силой вырваться на вольную волю, захватив наибольшие блага в собственное пользование. «Львиные» их доблести проявля­ются именно в этом. Кондотьеры времен итальянского Ре­нессанса, люди типа Цезаря Борджа, — образцы, до которых хотели бы дотянуться действующие лица драм Клингера или повествовательной прозы Гейнзе....
Входимость: 122. Размер: 114кб.
Часть текста: Богатейшее литературное наследие Виктора Гюго представляет неотъемлемую часть национальной культуры Франции. Его большие социальные романы, яркие романтические драмы, страстная политическая лирика, обличительная публицистика—все это не потеряло своей политической остроты и художественной ценности до наших дней. Эти произведения вызывают особый интерес у советских людей, питающих глубокое уважение к великой французской нации, к ее революционным традициям, к ее достижениям в области народной культуры. Великий французский писатель-гуманист в своем многогранном творчестве выразил твердую веру в исполинские силы народа, в светлое будущее человечества, освобожденного от социального гнета. Виктор Гюго (1802—1885) начал литературную деятельность в двадцатых годах как ученик и последователь старой школы классицизма. В ранний период своего творчества Гюго находился под влиянием монархических идей и писал оды в честь правящей династии Бурбонов. Его первый поэтический сборник “Оды и различные, стихотворения” вышел в свет в 1822 году и получил признание со стороны официальной правительственной прессы. В 1823 году был напечатан “Ган-Исландец”—первый большой роман молодого писателя, в котором дана широкая картина жизни норвежского общества XVII века. Вслед за тем появляется “Бюг Жаргаль” (второй вариант—1826), сочувственно изображающий восстание негров-невольников на Сан-Доминго (1791)) против французских плантаторов. В те же годы Гюго пишет ряд критических статей, в том числе о Вольтере, Вальтере Скотте и Байроне. Формирование политических и литературных взглядов молодого Гюго протекало в один из самых мрачных периодов французской истории. Развитие капиталистических отношений во Франции в годы Реставрации (1815—1830) происходило в обстановке полуфеодального режима. Реакционные круги дворянства в ту пору добивались восстановления былых привилегий и боролись за упрочение...
Входимость: 117. Размер: 53кб.
Часть текста: читателя, или постановка, воспринятая зрителем. Положение осложняется также и тем, что драма в современном её бытовании постоянно осваивает новые формы художественной выразительности, заимствуя их из арсенала других родов литературы и видов искусства, и обилие этих промежуточных форм подчёркивает искусственность целевого разделения драмы на театральную и литературную, не снимая при этом функционального разделения. Как род литературы драма менее универсальна, чем эпос. В произведениях эпических жанров пространственно-временные отношения имеют практически неограниченную свободу. Описание позволяет последовательно переносить внимание читателя в любые точки пространства, рассматривать одно и то же событие в различных ракурсах и задерживать или наоборот ускорять процесс протекания действия. В этом же заключается и неизбежная условность: речевое событие - рассказ о действии или впечатлении - по временной протяжённости может не совпадать с непосредственным событием. Действия и состояния описываются со стороны, даже если повествователь и персонаж выступают в роли одного лица. Повествователь находится на определённой психологической и временной дистанции от изображаемого. В случаях, когда повествование ведётся в настоящем времени 1 , события всё равно проецируются как уже осмысленные и оцененные рассказчиком. Читатель воспринимает события опосредованно, через свой контакт с повествователем. Этот контакт,...
Входимость: 99. Размер: 95кб.
Часть текста: показать бур­жуазную цивилизацию в точном ее повседневном облике, и в этом соединении — великая сила Ибсена. Конечно, и великие романтические драматурги первой половины века, будь то Клейст или Виктор Гюго, по-своему открыли XIX столетию, его страстям и думам, путь через драматическую сцену. Но они нуждались в исторических костюмах, они, как Виктор Гюго и другие французские ро­мантики, изображали противоречия и страсти своего времени в их довольно отдаленной предыстории. У Виктора Гюго это почти всегда Ренессанс — французский, испанский или ита­льянский, в котором уже завязались все конфликты, свойст­венные новой истории европейского Запада, и в котором уже сложились характеры новых людей. Не нужно думать, что романтики просто переодевали своих современников в пла­тья времен Тициана или Веласкеса и что так получались романтические драмы. Романтики еще верили, что прямая дорога ведет от их современности к делам и дням Возрожде­ния, и эта вера облегчала им театральную задачу. Куда красивее, куда театральнее были дерзкие и откровенные деятели времен императора Карла V — с их кинжалами, малиновыми плащами, с их красноречием, нежели современный делови­тый люд, едва разжимающий уста, чтобы проговорить самое необходимое, скупой, убогий в жестах,...
Входимость: 92. Размер: 58кб.
Часть текста: в демонстрации патриотических настроений, так что бурные эмоции зрителей приходилось сдерживать усилиями полиции. И не только полиция сдерживала дерзновения театра. Драмы и оперные либретто подвергались жестокому просмотру. Был установлен индекс запрещенных слов, к ним относились «ангел», «дьявол», «бог» (цензура не терпела намеков на политику церкви), «родина», «отечество». Слово заковали в цепи, но у актера остался жест, мимика, интонации голоса, у драматурга — возможность создания ассоциативной драматической ситуации, у композитора — мелодия — театр заговорил особым языком иносказания. Между сценой и зрительным залом возник невидимый контакт: актер и з ритель вели свой скрытый внутренний диалог. Страсть стала основным кодом, ибо еще со времен Витторио Альфьери ставился знак равенства между понятиями «сильная страсть» и «любовь к родине». Если на сцене начинали декламировать с эмоцией, не совсем соответствующей происходящему, если в слова незначительные врывались интонации пламенной страсти — зритель понимал, что это — напоминание о грядущих битвах за великое дело. Актерское искусство Италии XIX в. выдвинулось в ряды лучших европейских сценических школ. Рисорджименто...

© 2000- NIV