Приглашаем посетить сайт

История немецкой литературы.
Иоганн Готфрид Гердер (Johann Gottfried Herder, 1744—1803)

Иоганн Готфрид Гердер

(Johann Gottfried Herder, 1744—1803)

Большое воздействие на формирование эстетических взглядов штюрмеров оказал Гердер, крупнейший мыслитель XVIII в. Его значение в истории философской и эстетической мысли определяется прежде всего тем, что он стал рассматривать общественные и литературные явления с исторической точки зрения. Гердер изучал литературу и искусство в тесной связи со всей жизнью человечества, подчеркивал их обусловленность языком, нравами, психологией, образом мыслей того или другого народа на определенной ступени его исторического развития. Отсюда Гердер делал вывод о национальной неповторимости творчества каждого писателя, вводил в науку новый, исторический метод исследования литературных явлений. Гердер был пламенным защитником гуманизма и дружбы народов. В своей положительной программе он близко подходил к идеям утопического социализма.

Гердер родился в небольшом захолустном городке Морунгене (Восточная Пруссия) в семье бедного школьного учителя, одновременно исполняющего обязанности звонаря и певчего в местной церкви. Из-за материальных затруднений Гердеру не пришлось получить даже систематического начального образования. Десяти лет его отдают в услужение к деспотичному дьякону Трешо, где он выполняет всякого рода домашнюю работу, а также занимается переписыванием теологических сочинений своего хозяина.

В 1762 г. Гердер едет в Кенигсберг с целью изучения хирургии, но становится студентом богословского факультета Кенигсбергского университета. Большое впечатление на него произвели лекции И. Канта по естественным паукам. Из них он извлек идею об изменяемости мира, которая займет столь большое место в его будущих сочинениях. Но особенно много Гердер получает от самостоятельных занятий. Он изучает труды Лейбница, Вольтера, Баумгартена, Юма, Ньютона, Кепплера и других философов и естествоиспытателей, знакомится с творчеством Руссо, оказавшим на него большое влияние. В студенческие годы, как и впоследствии, Гердер поражает широтой своих интересов.

Активная литературная деятельность Гердера началась в Риге, где он жил в 1764—1769 гг., будучи пастором Домского собора. В это время им опубликован ряд статей — «О новейшей немецкой литературе. Фрагменты» (Über die neuere deutsche Literatur. Fragmente), «Критические леса» (Die Kritische Wälder), в которых уже достаточно определенно выявился его новаторский подход к исследованию литературных явлений. В 1770— 1771 гг., находясь в Страсбурге, Гердер познакомился и сблизился с Гете, сыграв большую роль в утверждении последнего на эстетических позициях «Бури и натиска». Плодом этого знакомства явился совместно составленный сборник «О немецком характере в искусстве» (Von Deutscher Art und Kunst, 1773), где Гете поместил очерк об архитектуре, а Гердер выступил со статьями о Шекспире и о народной песне. Мысли, развитые Гердером и Гете в их совместном выступлении, были восприняты немецкими писателями как манифест нового штюрмерского направления в литературе.

В 1771 —1775 гг. Гердер служит проповедником в Бюккербурге, а затем при содействии Гете переезжает в Веймар, где остается до конца своих дней, исполняя должность придворного советника консистории. В веймарский период Гердером написаны наиболее значительные произведения, в которых его концепция мировой литературы развернута с наибольшей полнотой и отчетливостью: «Идеи к философии истории человечества» (Ideen zur Philosophic der Gescliichtc derMcnschheil, 1784—1791), сборник «Голоса пародов в песнях» (Stimmen der Völker in Lieder, 1778—1791), «Письма для поощрения гуманности» (Briefe zur Beförderung der Humanität, 1794—1797), «Каллигона» (Kalligone, 1800) и др. Гердер писал также стихи, драмы («Брут», «Филоктет», «Раскованный Прометей» и др.), но его художественное творчество, отличаясь прогрессивной идейной направленностью, невысоко в художественном отношении. Образы в его драматургии и поэзии отмечены печатью иллюстративности и схематизма. Значительно более интересен Гердер как переводчик. Наибольшей его удачей в этой области является переложение па немецкий язык испанских романсов о Сиде.

Мировая слава Гердера зиждется на его философских, историко-литературных трудах, в которых он заявил о себе как подлинный новатор. Просветители XVIII в. (Вольтер, Монтескье, Лессинг и др.) рассматривали историю как борьбу просвещения с непросвещенностью, цивилизации с варварством. Собственные воззрения расценивались ими как высшая ступень в развитии мировой теоретической мысли. С позиций просветительского разума они отвергали средние века. Для них средневековье — эпоха сплошных предрассудков. По тем же причинам они не обращали должного внимания и на народное творчество.

Гердер рассматривал историю мировой культуры как процесс, все звенья которого взаимосвязаны, необходимы и, следовательно, обладают неповторимым своеобразием. Каждая историческая эпоха, каждый народ создаст художественные ценности, отмеченные печатью самобытности, приумножающие духовно-эстетическое богатство человечества.

Гердер говорит о народных истоках художественного творчества. В одной из ранних своих статей «Есть ли у нас французский театр?» он вступает в решительную полемику с теми, кто связывал будущность немецкого театрального искусства с доброй волей титулованных меценатов. Гердер, напротив, отмечает пагубность влияния придворно-аристократической среды на театральную жизнь.

В сочинении «О новейшей немецкой литературе. Фрагменты» Гердер заострил внимание на огромной роли языка как «орудия» художественного творчества, без чего не может быть ни великих поэтов, ни великих прозаиков. Большое научное значение имело его положение о том, что язык есть продукт тысячелетнего развития общества, что он дай людям не богом, а возник в процессе человеческого общения, совершенствуясь от одного поколения к другому. Очень ценным, материалистическим по своей сути было положение Гердера о том, что язык есть практическое существование мысли («Мы мыслим с помощью языка.., мышление почти то же, что речь»). Гердер проявил большой интерес к развитию немецкого национального языка, рассматривая его как средство, способствующее сплочению нации и созданию национальной литературы.

В «Критических лесах» Гердер, полемизируя с эстетиком XVIII в. Риделем, а также косвенно с Винкельманом, оспаривает их тезис об абсолютном идеале прекрасного, доказывая изменчивость представления о красоте. «Разве одинаковы,— спрашивает он,— греческий, готический и мавританский вкусы в ваянии и зодчестве, в мифологии и поэзии? И разве не черпает каждый из них свое объяснение в эпохе, нравах и характере своего народа?» Гердер выступает решительным противником нормативной эстетики. Подлинное искусство, по его убеждению, несовместимо с нормативностью, оно плод свободного вдохновения, своеобразного у каждого художника.

Исходя из основных положений своего учения, Гердер не принимает теории подражания. Всякая подражательность, по его мнению, ведет к поэтическому худосочию. Античные классики достигли совершенства только в силу того, что были оригинальными в своем творчестве. Каждый подлинный писатель велик тогда, когда он вырастает на национальной почве, отражая нравы, духовные стремления своего времени. В связи с этим Гердер резко критикует классицистов, призывавших подражать совершенным античным образцам и тем самым лишавших современное им искусство национально-исторического своеобразия. В статье «Шекспир» (Shakespeare, 1771 —1773), опубликованной в сборнике «О немецком характере в искусстве», и в других своих сочинениях Гердер утверждает новый для своего времени взгляд на великого английского драматурга. Он всецело выводит его своеобразие из особенностей породившей его эпохи. Лессинг и другие просветители смотрели на Шекспира преимущественно как на моралиста. Для Гердера автор «Гамлета»— прежде всего гениальный художник, давший исторически конкретные картины действительности. Шекспир в восприятии Гердера — это сама природа, могучая в стихийном разливе своих сил, не терпящая никаких ограничений. По широте и глубине воспроизведения жизни Гердер ставит Шекспира выше не только классицистов, но и драматургов античности.

Велики заслуги Гердера как фольклориста. Он первый в Германии обратил внимание на устное народно-поэтическое творчество, энергично занялся собиранием и популяризацией его произведений. Его, в частности, поражали духовные, культурные богатства России (он в какой-то мере приобщился к ним, живя в Риге). Гердер призывал ученых славянских стран собирать народные песни, в которых отразились особенности жизни славян, их нравы и идеалы. Гердер предсказывал великую будущность славянским народам, которые, по его убеждению, будут играть ведущую роль в духовной жизни Европы.

Язык, религиозные верования, этические представления и другие достижения цивилизации рассматриваются Гердером как продукт коллективной жизни народа. Они возникли вследствие определенной жизненной духовной потребности. Гердер, признается Гете в X книге своей автобиографии, «научил нас понимать поэзию как общий дар всего человечества, а не как частную собственность немногих утонченных и образованных натур». Отдельный художник, по мысли Гердера, лишь тогда достигает большой поэтической выразительности, когда он связан со стихией народной национальной жизни.

Наиболее ярким трудом Гердера-фольклориста является антология «Голоса народов в песнях». Она состоит из шести книг. В ней представлены произведения народно-поэтического творчества не только цивилизованных народов мира, но и тех, которые еще не имели своей письменности (эскимосов, лапландцев, жителей Мадагаскара и т. д.). С другой стороны, в сборник вошли образцы поэзии Шекспира, Гете, которые, по мнению Гердера, были тесно связаны с народной жизнью.

Наибольшее место в «Голосах...» занимают песни любовные, бытовые, но некоторые отличаются социально-политической направленностью. Такова, например, «Песня свободы» (Lied der Freiheit, с греческого), в которой прославляются герои античной истории Гормодий и Аристогитон, сбросившие со скалы правителя-деспота Гиппарха. Острым протестом против феодально-крепостнического гнета проникнуто стихотворение «Жалоба крепостного на тиранов» (Klage liber die Tyrannen des Leibeigenen, с эстонского). В нем выражены отчаяние и гнев крестьянина, вынужденного бежать из родного дома, спасаясь от издевательства барона-лиходея, который избивает плетьми своих крепостных.

Наша жизнь — страшней геенны.

Мы в огне пылаем адском,

Хлеб нам обжигает губы,

Пьем отравленную воду.

На огне наш хлеб замешен,

Искры в мякише таятся,

Батоги под хлебной коркой.

(Пер. Л. Гинзбурга)

Самым известным и самым значительным произведением Гердера являются его «Идеи к философии истории человечества». Создававшееся в грозовое время, накануне и в годы французской буржуазной революции XVIII в., которой мыслитель сочувствовал, это сочинение проникнуто мыслью о непрерывном совершенствовании общества, об обреченности антигуманных социальных институтов, о неодолимости прогресса и победе гуманизма. В «Идеях» наиболее полно проявился исследовательский метод Гердера — его стремление рассматривать явления природы и общественной жизни в развитии, с исторической точки зрения.

Книга состоит из четырех частей. В ней исследуются естественные и общественные условия существования человеческого рода. Гердер преследует вполне земные цели: он стремится найти естественные, объективные законы, управляющие миром. Философ материалистического склада одерживает в нем верх над теологом, хотя уступки традиционным теологическим взглядам еще сильно дают себя знать на многих страницах его сочинения.

Гердер исходит из той посылки, что человек имеет двоякое происхождение. С одной стороны, он продукт природы, а с другой— общественных обстоятельств. Это отражено в структуре «Идей». В них сначала рассматриваются естественные, а затем социально-исторические условия жизни людей. Гердер начинает свой обзор с характеристики земли, с определения ее места в космосе. Он хочет доказать, что своеобразие нашей планеты, ее вращение вокруг солнца и своей оси, особенности ее атмосферного покрова и т. п. существенно повлияли на строение человеческого тела. Человек, по мысли Гердера, органически вплетен в жизнь природы, он часть ее, но обладает в то же время рядом отличительных признаков. Главное его отличие от животного состоит в способности «ходить, поднявши голову». Это позволило человеку освободить руки, что сыграло огромную роль в его борьбе за существование и в духовном совершенствовании. Люди, доказывает Гердер, в процессе общения создали язык, развили разум, который, по его мнению, в отличие от инстинкта, не дан от рождения, а есть продукт исторического развития. В конечном итоге отличительное качество человека Гердер видит в том, что он существо разумное, мыслящее. Гуманность — сущность человеческой натуры и конечная цель человечества. Однако наряду с положениями, основанными на изучении огромного фактического материала, «Идеи» содержат суждения мистического характера. Гердер, например, пространно доказывает, что гуманизм может полностью раскрыться лишь в условиях неземного существования. Отсюда его мечты о вечной жизни за пределами предельного и т. п.

Гердер в своем труде дает подробную характеристику исторической жизни всех известных в то время народов мира. Его исторические экскурсы свидетельствуют об огромной эрудиции автора, хотя он, естественно, и допускает неточности, вызванные состоянием исторической науки в XVIII в. Гердер ставит перед собой задачу проследить, в силу каких причин естественного (географического) и общественного порядка тот или иной народ выдвинулся на исторической арене своими духовными достижениями, степенью развития литературы и искусства. Наиболее блестящие страницы «Идей» в этом плане посвящены Древней Греции, которая характеризуется Гердером как колыбель человеческой культуры. Исторический взгляд в эстетике Гердера все время корректируется просветительской идеологией. Объясняя своеобразие культурной жизни определенного народа, мыслитель никогда не забывает оценить ее с точки зрения современных человеческих интересов, что придает его работе актуальное значение.

Продолжением «Идей» являются «Письма для поощрения гуманности», где Гердер развернул свою концепцию на материале живой современности. В своем новом сочинении он хотел показать неодолимость духа исторических перемен, обреченность отживших свой век феодально-монархических учреждений. «Письма» создавались в самый разгар революционных событий во Франции, которые писатель встретил восторженно. Правда, смущенный решительными действиями якобинцев (казнь короля, королевы и других вдохновителей реакции), Гердер в дальнейшем, как и многие немецкие писатели, перешел на более умеренные общественно-политические позиции, но все же его симпатии к французской революции никогда не угасали, и она оказала самое непосредственное влияние на оценку им положения в Германии. В своих проповедях Гердер сочувственно отзывался о революционном французском народе, чем вызвал яростный гнев герцога Карла-Августа; он же прямо и резко осуждал интервенцию против революционной Франции, что было актом большого гражданского мужества. В первом варианте «Писем» Гердер открыто критикует деспотизм немецких князей, высказывает свое возмущение их позорным обычаем торговать своими подданными, ратует за отмену дворянских привилегии, восторгается французской «Декларацией прав человека и гражданина», выражает пожелание о введении конституционных порядков в своем отечестве и т. д. Отвергая домыслы реакционеров, Гердер твердо убежден, что революция приведет не к упадку, а к расцвету художественного творчества.

Затхлая атмосфера веймарского двора, служебное положение Гердера (он был высшим духовным лицом в герцогстве) не позволили писателю опубликовать «Письма» в их первоначальном виде. Он был вынужден значительно смягчить радикальность своих суждений. В результате сочинение, оставаясь значительным явлением немецкой литературы, все же утратило задуманную политическую остроту.

В последних своих работах («Каллигона» и др.) Гердер много внимания уделяет критике кантианства. Он не разделяет мыслей Канта об априорности понятий времени и пространства, указывает на формализм в его эстетических взглядах. В борьбе со слабыми сторонами кантианской эстетики Гердер исходит не из отвлеченно-теоретических побуждений: он видит, какое отрицательное влияние она оказала на Шиллера и некоторых других немецких писателей. Гердера волнуют судьбы немецкой литературы. Отсюда его горячее стремление доказать, что красота художественного произведения определяется не только его формой, как полагал Кант, но зависит от его содержания. Гердер, как истинный просветитель, не мыслит себе прекрасного в отрыве от доброго и справедливого. До конца своих дней он оставался борцом за искусство больших гуманистических идей и чувств.

Гердер оставил глубокий след в истории эстетической мысли. На него во многом опирались романтики в своей борьбе за национально-самобытное творчество, он способствовал пробуждению их интереса к фольклору. В то же время, изучая человека конкретно-исторически, Гердер дал толчок развитию реализма. От него ведут свою «родословную» Гете и другие писатели реалистического направления в немецкой литературе последней трети XVIII в.

© 2000- NIV