Приглашаем посетить сайт

История немецкой литературы.
Бюргерская литература.

БЮРГЕРСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

В эпоху Возрождения в Германии развивается творчество писателей, связанных по своему мировоззрению с бюргерством. Произведения их, отмеченные, как правило, печатью дидактизма, имеют сатирическую направленность. В них осмеиваются различные пороки феодального общества, дается правдивая картина действительности. Бюргерская литература участвовала в движении Реформации (Г. Сакс, Мурнер и др.). Она вмешивалась в идейные битвы современности. Однако революционность ее была умеренной, не выходила за пределы морального осуждения отрицательных явлений современной эпохи.

Одним из зачинателей бюргерской сатиры был немецкий гуманист Себастиан Брант (Sebastian Brant, 1457—1521). О жизни его сохранилось не особенно много свидетельств. Известно, что он был широко образованным человеком, отлично владел латинским языком, знал римских авторов. В 90-е годы Брант занимал должность профессора в Базельском университете (Швейцария), а затем был городским секретарем Страсбурга. Это был человек весьма умеренных взглядов, не вмешивающийся в политические события времени. Брант прославился сатирой «Корабль дураков» (Das Narrenschiff, 1494), в которой он делает сатирический смотр людям разных возрастов, профессий, сословий. В его произведении нет индивидуализированных человеческих образов. «Героями» в нем выступают различные пороки, которым автор дает развернутую характеристику, завершающуюся обычно нравственно-назидательными сентенциями. «Корабль дураков» состоит из нескольких десятков стихотворных нравоучительных рассказов, написанных на живом разговорном немецком языке. Каждый из них открывается рифмованным изречением, которое затем иллюстрируется каким-либо примером, а чаще всего развертывается в пространное поучение. Вот, например, «эпиграф» к назиданию о бражниках и выпивохах:

Бродягой, нищим тот умрет,
Кто вечно кутит, пьет и жрет
И лишь с гуляк пример берет.

(Пер. Л. Пеньковского)

И дальше следуют напоминания о том, к чему приводит пьянство. Тут в качестве отрицательных образов фигурируют и Ной, и Олоферн, и Александр Македонский. Филиппики против пьяниц завершаются весьма показательной концовкой, свидетельствующей о бюргерском здравомыслии автора.

Кто весел от вина сегодня,
Заплачет завтра в преисподней.

Бранту пришла в голову остроумная идея собрать дурней со всей Германии и поместить их всех на корабль. Собранный в одном месте «народ болванский» отправляется из Дуроштадта в «край Глупландский», в обетованную страну Наррогонию, но плывет он вслепую и наверняка потерпит крушение. Гибель ожидает, по мнению Бранта, ту страну, которая не в состоянии освободиться от своих многочисленных пороков. Единственное спасение — в разуме, в подлинной науке, способных излечить общество от нравственных недугов.

На всеобщее обозрение Брантом выставлено великое множество всяких глупцов. Тут дураки-библиофилы, собирающие книги, но никогда их не читающие; врачи-шарлатаны, хвастуны, предсказатели-астрологи, наживающиеся на суеверии народа,

Ученые схоласты, поразительные в своем невежестве, и т. д. Иногда в своей критике Брант руководствуется не гуманистическим, а еще средневековым критерием. В нем еще сильны предрассудки бюргерской старины. Так он, например, мечет громы и молнии против танцев: -

Я объявляю дураками
Всех тех, кто, дрыгая ногами,
В прыжках дурацких и круженье
Находит удовлетворенье.

Однако в большинстве случаев сатира Бранта вполне оправдана. Она становится особенно выразительной там, где автор «Корабля дураков» берет под обстрел социальные пороки. Очень зло он осмеивает придворных шаркунов, подхалимов, льстецов, лизоблюдов, всех тунеядствующих прихвостней и холуев, которые, живя за счет народа, презирают его. Брант не щадит и титулованную знать, гордящуюся своей родовитостью. Совершенно в духе моральных принципов эпохи Возрождения, он подчеркивает ту мысль, что человек знатен умом, добродетелью, а не происхождением. Дворянин, по его мнению, должен доказать свое благородство не грамотой, а добрыми делами. Брант обличает глупцов-правителей, наносящих большой урон стране:

В чести и силе та держава,
Где правят здравый ум и право,
А где дурак стоит у власти,
Там людям горе и несчастье.

Особенно сетует Брант на широкое распространение в обществе обмана, корысти. Его пугает, что страсть к наживе приобрела характер настоящей эпидемии:

На этом держится весь мир:
Барыш — вот наших дней кумир!

В «Корабле дураков» Брант прямо говорит о том, что ему пришлось выслушать немало упреков за свою обличительную смелость. Многие советовали ему укоротить жало сатиры, отказаться от изображения действительности одними черными красками:

Мол, колер нужен веселее —
Тут розовее, там белее,
И не дуби корой дубовой,
Используй липы сок медовый.

Брант с гордостью говорит о своей писательской честности, о своем рыцарском служении правде:

Но неподатлив, как утес,
Я слова лжи не произнес.

Мужество Бранта по достоинству оценено потомством. Его сатира выдержала множество изданий и оказала большое влияние на развитие сатирической литературы в Германии. ,

Талантливым продолжателем сатирических традиций С. Бранта был Томас Мурнер (Thomas Murner, 1475—1536). Его произведения отличаются социальной остротой. Мурнер был монахом ордена францисканцев и в то же время образованным человеком своего времени. Фанатичный католик уживался в нем с гуманистом, с болью переживающим страдания человечества. Его волновали судьбы закабаленного крестьянства, возмущал паразитизм светских и духовных владык. Лучшие сатиры Мурнера — «Заклятие дураков» (Narrenbeschworung) и «Цех плутов» (Der Schelmenzunft), появившиеся в свет в 1512 г. Делая традиционные для всей бюргерской литературы выпады против щеголей, модниц, девиц легкого поведения и т. п., Мурнер, однако, всю силу своего гнева обращает против социальных язв современного ему общества. С чувством большого негодования он пишет о моральном падении служителей церкви, о попах и монахах, живущих в праздности и погрязших в разврате: о высших церковных сановниках, торгующих церковными должностями, облагающих поборами доверчивую паству. Они напоминают сатирику хищных волков.

С не меньшим возмущением Мурнер говорит о светских князьях, издевающихся над народом. Предметом искреннего сочувствия в «Заклятии дураков» выступает простой земледелец. Он влачит жизнь в нищете и бесправии. Острая критика Мурнером правящих кругов Германии имела характер предупреждения. Писатель, взывая к уснувшей совести дворянства и церковников, предупреждал о возможности революционного взрыва в стране. Сам Мурнер не сочувствовал революционному движению. Ему показалось социально опасным также и учение Лютера. Отсюда его сатира «О большом лютеровском дураке и о том, как его заклял д-р Мурнер» (1522), в которой Реформация решительно осуждается с позиций католической ортодоксии.

© 2000- NIV