Приглашаем посетить сайт

История немецкой литературы.
Амадей Гофман (Ernst Theodor Amadeus Hoffmann, 1776—1822)

Амадей Гофман

(Ernst Theodor Amadeus Hoffmann, 1776—1822)

Самым известным и наиболее талантливым прозаиком немецкого романтизма является Эрнст Теодор Амадей Гофман. Он крупнейший мастер сказки и фантастической новеллы. Произведения его отличаются богатством юмора, сатирической направленностью. Остроумно и зло Гофман высмеивал карликовый немецкий абсолютизм и трусливое филистерство. «... Немецкие гофраты — филистеры и педанты, — писал Белинский,— должны до костей своих чувствовать силу юмористического Гофманова бича» 1.

Однако пошлая немецкая действительность оказывала воздействие на Гофмана, цепко держала его в своем плену. Писатель не находил реального выхода из противоречий современности. Гейне называл его творчество «потрясающим криком ужаса в двадцати томах»2. В поисках идеала Гофман иногда уходил в мистику, мстил своим врагам в царстве своей мечты. Отсюда его «нелепый и чудовищный фантазм, в котором, как многоценная жемчужина в тине, потонул его блестящий и могучий талант»3.

Как художник Гофман сложился в начале XIX в. в переломную эпоху в истории Германии, когда в недрах феодально-монархического строя вызревали новые буржуазные отношения. С радостью провожая в могилу отживающее прошлое, Гофман внимательно присматривался к капиталистической действительности. Его отпугивали многие ее явления: усиление индивидуализма, равнодушное или сугубо утилитарное отношение человека-собственника к искусству и т. д. Однако Гофман ввиду слабости немецкого освободительного движения не смог увидеть в недрах буржуазного общества положительные силы, на которые можно было бы опереться в борьбе за претворение своего общественно-эстетического идеала в жизнь. Отсюда дуализм его мышления, разорванность в его творчестве мечты и действительности, романтический характер его критики. Гофману казалось, что мир находится во власти чего-то сверхъестественного, рационально непостижимого. Поэтому он охотно заселяет свои произведения и добрыми и злыми духами (феями, волшебниками, гномами и т. п.), оказывающими решающее воздействие на судьбы людей. Фантастическое у Гофмана не просто один из условных художественных приемов, не элемент стиля, а характерная особенность мировосприятия писателя, органично входящая в его художественный метод. Гофмана следует рассматривать как художника романтического склада. Он романтик не только по своеобразию своей натуры, но и по характеру объяснения жизни, ее противоречий.

Тем не менее лучшие произведения Гофмана, несмотря на свой фантастический колорит, правдиво отражают существенные стороны немецкой действительности. «Гофман как поэт,— справедливо писал Гейне, — гораздо выше Новалиса. Ибо последний со своими идеальными образами постоянно витает в голубом тумане, тогда как Гофман со своими правдивыми карикатурами всегда и неизменно держится земной реальности»4. Однако необходимо отметить, что жизненная конкретность в творчестве Гофмана — плод романтического мировоззрения, феодальное и буржуазное общество под его пером выступают в карикатурном виде, а все положительное находится за пределами изображаемой им действительности.

Гофман происходил из чиновничьей среды. Родился он в Кенигсберге. С детских лет он хорошо знал интересы и духовные запросы немецкого провинциального чиновничества. После окончания школы Гофман поступает на юридический факультет Кенигсбергского университета. Уже на студенческой скамье проявились его многочисленные способности — он хорошо рисует, пишет, сочиняет музыку. Сам Гофман мечтает о музыкальной карьере, ему хочется стать композитором, но жизнь его сложилась иначе. Получив юридическое образование, он тем не менее служит мелким конторским служащим в различных городах Польши. С 1808 по 1813 г. Гофман кочует по Германии (Бамберг, Дрезден, Лейпциг), испытав всю горечь положения «маленького человека» в условиях феодального общества. С 1814 г. Гофман обосновывается в Берлине, он чиновник Министерства юстиции, сочетающий канцелярскую службу с напряженным литературным трудом. Он выступает в печати с рассказами, музыкальными рецензиями, сочиняет оперу «Ундина», пишет романы, повести. Длительные материальные лишения, жизнь богемы — все это подорвало здоровье писателя, свело его в могилу в возрасте 46 лет.

В творчестве Гофмана сочетаются критические и жизнеутверждающие тенденции. Гасители просвещения, защитники косности соседствуют в его произведениях с натурами творческими, прославляющими все доброе и прекрасное на земле. Силы мрака у него представлены, как правило, властителями карликовых княжеств, отупевшими от безделья придворными, различным чиновничьим людом, погрязшим в трясине филистерства. Носителями идеалов красоты и справедливости выступают в его новеллах служители искусства (композиторы, музыканты), не подчиняющиеся тлетворному влиянию окружающей их среды.

Художественные образы в творчестве Гофмана строятся, как и у всех романтиков, по принципу соответствия или несоответствия эстетическому идеалу. Отсюда их контрастность по отношению друг к другу и известная художественная однолинейность. Отрицательные персонажи у Гофмана всегда несколько карикатурны, сатирически заострены, они олицетворяют лишь одну бездуховность представляемой ими социальной среды. Положительные герои, напротив, воплощают духовное начало жизни в самых различных его модификациях. Гофман обычно сталкивает реальную действительность, лишенную красоты, с миром своей романтической мечты.

Все особенности художественного мышления и метода Гофмана отчетливо обнаружились в первом его сборнике «Фантазии в манере Калло» (Fantasiestücke in Callot's Manier, 1815), в который вошли его ранние произведения — «Кавалер Глюк», «Дон Жуан», «Крейслериана», «Золотой горшок» и др. Все они изобилуют внутренними диссонансами. В основе их лежит конфликт духовно богатой личности, наделенной тонким эстетическим вкусом, с прозой окружающей се жизни. Этот композиционный прием виден уже в первой новелле «Кавалер Глюк» (Ritter Glück, 1808). Главный герой ее — известный немецкий композитор XVIII в. Глюк, художник-новатор, смело порвавший с существующими музыкальными традициями. Глюк реформировал оперу, отказавшись от внешних зрелищных эффектов, сосредоточив все внимание на раскрытии внутреннего мира героев. Гофман увидел в Глюке гения, непонятого придворно-аристократическими кругами, натуру, родственную самому писателю. Герой новеллы не находит понимания в окружающем его обществе: «Да, вокруг меня все пусто, ибо мне не суждено встретить родную душу, я вполне одинок». Гофман наделил Глюка романтическими чертами: пламенным темпераментом, ненавистью к бездуховной реальности и устремленностью в «мир иной», в вымышленное царство красоты и свободы.

Как и Глюк, в трагическом конфликте с обществом находится любимый герой писателя композитор Иоганн Крейслер, с которым читатель впервые знакомится в рассказе «Крейслериана» (Kreisleriana, 1810).

Талантливый художник, он не может простить аристократической знати пренебрежительного отношения к искусству, к духовным ценностям человеческой жизни. Крейслер страдает от трагического одиночества. Единственное утешение он находит в творчестве, понимая его чисто романтически, как стремление к бесконечному, как протест против угнетающих человеческую личность условий общественной жизни.

В новелле «Дон Жуан» (Don Juan, 1814) Гофман в совершенно новом, романтическом ключе создал образ героя, неоднократно разрабатывавшийся в искусстве (Тирсо де Молина, Мольер, Моцарт и др.). У Гофмана Дон Жуан не ординарный сластолюбец, а человек могучего романтического порыва, ищущий такой любви, которая «живет в нашей душе как предвкушение неземного, блаженства и порождает неизбывную страстную тоску, связующую нас с небесами». Под пером Гофмана Дон Жуан превратился не только в мечтателя, находящегося во власти романтического томления, но и в своеобразного бунтаря, протестующего против косной морали мещанского общества. Свои любовные похождения Дон Жуан возводит в степень нравственного принципа. Гофман наделяет его чертами борца, ратующего за претворение романтического идеала в жизнь.

В «Фантазии» входит также «Золотой горшок» (Der goldene Topf, 1814), который Гофман считал любимым своим произведением. Основной предмет насмешки здесь — немецкое бюргерство. Оно представлено корректором Паульманом, его дочерью Вероникой, регистратором Геербрандом, Тусклой бюргерской повседневности контрастно противостоит светлый мир романтической мечты, населенный людьми, влюбленными в искусство, в красоту. Тут архивариус Линдгорст, Серпентина, студент Ансельм.

В «Золотом горшке» проступает не только характерная для Гофмана контрастность образов, отражающая противоречие между мечтой и действительностью, но и их двоемирие. Многие герои новеллы живут двойной жизнью. Линдгорст не только архивариус, но и повелитель саламандр, могущественный чародей, одерживающий победу над силами мрака, которые защищает торговка Лиза, обладающая даром чудесного перевоплощения. Она так же, как и Линдгорст, способна принимать облик не только живых существ, но и вселяться в неодушевленные предметы (в дверной молоток, в кофейник и пр.).

Характерно, что в двух мирах — реальном и сказочном — живут те, кто в повседневной жизни обделен судьбой, во всяком случае, никак не может похвастаться какими-либо значительными успехами. Страдая от своей социальной приниженности, «маленький человек» в творчестве Гофмана невольно прибегает к помощи фантазии. Только в царстве мечты он может быть всесильным и легко расправляться со своими притеснителями. Таковы же социально-психологические корни романтизма самого Гофмана. В нем отразилось недовольство писателя своим положением мелкого чиновника, его сочувствие страдающему и вместе с тем бесправному люду. Гофман выразил его протест и его бессилие в борьбе за свое человеческое достоинство. Отсюда — уход в фантастику с ее неограниченными возможностями расправы над всякого рода значительными лицами. В сфере вымысла Гофман смело и беспощадно расправляется с мучителями народа. Мстя за себя, за все поруганное человечество, он обезображивает до карикатуры малых и больших властителей, обливает их своей ненавистью, выставляя на посмешище, на публичный позор. Гофман — выдающийся мастер гротеска, т. е. внешне неправдоподобных ситуаций и героев, возникших путем деформации действительности. Однако гротесковые картины и образы позволяют Гофману более глубоко раскрыть сущность осмеиваемого явления.

Главный герой «Золотого горшка» — студент Ансельм. Это типичный романтический мечтатель. Его мечтательность— источник всяких комических ситуаций: то он опрокидывает на рынке лотки торговок, то оказывается около окон домов как раз в тот момент, когда хозяйки выливают на улицу содержимое тазов, и т. д.

Ансельм только внешне связан с бюргерской средой. Духовно он весь в царстве романтических видений. Чувство прекрасного в нем развито настолько сильно, что он как бы преображает действительность, одухотворяет ее. Ему понятен язык природы, она открывает перед ним свою красоту, совершенно недоступную тем, кто погряз в мелочных материальных интересах. Так, довольно убогая оранжерея Линдгорста превращена романтическим воображением Ансельма в какой-то сказочный мир, где обитают редкостные птицы и растения. Ансельм самозабвенно влюбляется в змейку с чудными темно-голубыми глазами. В дальнейшем выясняется, что Серпентина— заколдованная дочь Линдгорста, и вновь принять облик девушки она может только под воздействием необыкновенной любви юноши, бескорыстно преданного всему прекрасному, верящему в чудесное.

Однако Гофман разрушает созданное им волшебное царство силой беспощадной иронии. Ансельм в конце концов освобождается от своего колдовского наваждения. С глаз его спадает пелена романтического тумана, и жизнь снова поворачивается к нему своей прозаической стороной. Он женится на Серпентине, оказавшейся в реальной обстановке довольно заурядной барышней. Молодая чета получает в подарок золотой горшок, похищенный Линдгорстом в царстве Фосфора. Снижение романтического идет по всем линиям. В награду за все страдания Ансельму достается весьма прозаическая вещь — горшок, злая пародия на «голубой цветок» Новалиса.

Страстно мечтая о поэтическом преображении жизни, Гофман не верил в такую возможность. Слишком сильна была реакция в Германии и слабы прогрессивные силы. Отсюда черты трагизма в его мировоззрении, неверие в реальную победу над силами мрака. Ирония в творчестве Гофмана приобретает абсолютный характер. Она выражается не только в отрицании безобразных форм, но и в разрушении всяких иллюзий относительно наступления эры прекрасного будущего.

В 1815 г. Гофман завершает роман «Эликсир сатаны» (Die Elexiere des Teufels), изобилующий чрезвычайно запутанной интригой, всякого рода ужасами и кошмарами. Тем самым Гофман стремится показать, что человек не властен над своей судьбой, что его поступками руководят роковые силы, ввергающие его в пучину несчастий. Пессимизм писателя достиг в этом произведении своего апогея.

В 1817 г. Гофман публикует «Ночные повести». В сборник вошли такие произведения, как «Песочный человек», «Автомат», «Двойник», остро критикующие «механическую», т. е. буржуазную, лишенную духовного содержания, жизнь. Гофман зло высмеивает бездуховность человека-собственника, напоминающего заводной механизм.

Весьма характерна в этом отношении новелла «Песочный человек» (Der Sandmann). Повествование ведется от имени впечатлительного, доброго студента Натаниэля. Его с детства мучит призрак Песочного человека, который появляется в их доме под видом адвоката Коппелиуса (он же продавец барометров), занимающегося какими-то таинственными опытами с отцом Натаниэля, которые закончились катастрофой.

Коппелиус в понимании Гофмана — это воплощение «механического» начала, глубоко проникшего в жизнь, наносящего глубокие раны духовно богатым натурам. Бездуховность современности не есть, с точки зрения Гофмана, результат естественного, органического развития действительности. Она — порождение сатанинских сил, олицетворением которых является злой Коппелиус.

Отвратительный характер бездуховного, «механического» общества раскрывается Гофманом в причудливой, фантастической форме. Красавица Олимпия, в которую влюбляется Натаниэль, на поверку оказывается искусно сделанным автоматом. Олимпия может танцевать, способна даже произносить односложные фразы, но она безжизненна, от нее исходит дыхание смерти. От своего открытия Натаниэль сходит с ума.

В 1819 г. Гофман пишет самое известное свое произведение— «Крошка Цахес по прозванию Циннобер» (Klein Zaches genannt Zinnober). Никогда еще его насмешка над немецким филистерством, над правящими кругами не была столь язвительной, как в этой сатире. Недаром она получила высокую оценку К. Маркса и В. Г. Белинского. Прибегнув, как обычно, к фантастическому вымыслу, Гофман очень остроумно раскрыл зловещую силу денег в условиях буржуазной действительности. Цахес — сын бедной крестьянки Лизы. Он уродлив: у него «паучьи ножки и вместо того, чтобы говорить, он только мурлыкает и мяучит, словно кошка». В судьбу жалкого уродца вмешивается сердобольная фея Розеншен. Она дарит ему три золотых волоска. Действие их оказалось магическим, они совершенно преобразили Цахеса. Речь его стала вполне внятной, исчезла отталкивающая уродливость, вернее, люди перестали ее замечать. Цахес стал казаться чудом красоты. Золотые волоски преобразили не только внешность маленького кувыркунчика, они совершили полный переворот в его духовном облике. Точнее говоря, оставаясь, как и раньше, интеллектуально убогим, Цахес начинает казаться воплощением ума и даже гениальности. Все восторгаются его в действительности несуществующими талантами. Золотые волоски творят чудеса, превращая безобразное в прекрасное. Подросши, уродливый гном делает блестящую карьеру. В нем обнаруживаются качества крупного общественного деятеля. Князь Барсануф делает его первым министром своего княжества, награждает орденом «зелено-пятнистого тигра на двадцати пуговицах» за то, что Цахес дал совет относительно выведения пятен на мундире его сиятельства. Гофман пользуется любым случаем, чтобы высмеять мизерный характер деятельности в карликовых немецких государствах. Так, семь дней напролет заседал Государственный совет при Барсануфе, чтобы решить огромной важности вопрос, как лучше всего приладить орденскую ленту к уродливой фигуре Цахеса. Членам капитула орденов, чтобы не перегружать их мозги, за неделю до исторического заседания запретили думать, а в ходе его во дворце «все ходили в толстых войлочных туфлях и объяснялись знаками».

Гофман раскрывает реакционную направленность внутренней политики при дворе Барсануфа и его предка князя Пафнутия Великого, который, заботясь о покое государства, приказал выселить за его пределы всех людей «опасного образа мыслей, кои глухи к голосу разума и совращают народ на различные дурачества».

«Крошка Цахес» —также злая сатира на немецкое бюргерство, на филистеров от науки. Их достойно представляет в повести естествоиспытатель профессор Мош Терпин. У него весьма смутное представление о природе, он знает ее лишь по различным справочникам. Зато Терпин в совершенстве освоил науку делать карьеру. Чтобы угодить всесильному уродцу Цинноберу, он намерен выдать за него свою дочь, красавицу Кандиду, невесту поэта Бальтазара. Взамен Терпин получает должность генерального директора по естественнонаучным делам. Раздувшись от «глупой гордости», Терпин использует свое служебное положение для того, чтобы «исследовать» содержимое княжеских погребов в целях получения необходимых материалов для ученого сочинения «О несхожести по вкусу вина с водой». Терпин приказывает доставлять себе из лесов самую редкую дичь, которую для изучения «велит зажаривать и съедает».

Ничтожным князьям, обывателям в повести противостоят люди поэтического склада. Это — поэт Бальтазар и добрый волшебник. Альпанус. Только им открыта подлинная сущность мира, его красота и его уродливые черты. Лишь они видят уродство и интеллектуальное убожество Цахеса. Альпанус разгадал тайну небывалого возвышения Цахеса. В день его бракосочетания с Кандидой Бальтазар вырывает у Циннобера из шевелюры три магических волоска, и тот сразу становится самим собой — уродливым, ничтожным человеком.

Спасаясь от разгневанной толпы, Цахес от страха забивается в спальне под кровать и тонет в серебряном горшке.

В 1817—1821 гг. Гофман пишет «Серапионовых братьев» (Die Serapionsbriider) — сборник рассказов в четырех томах. Здесь тот же самый композиционный прием, что в «Декамероне» Боккаччо. Пятеро товарищей рассказывают друг другу различные поучительные истории, взятые из жизни. Рассказчики стремятся к максимальной искренности и правдивости изложения. Они подражают в этом отношении пустыннику Серапиону, который, живя в царстве своих видений, верил в истинность рассказываемого, поэтому его рассказы производили огромное впечатление. «Серапионовы братья» лишены тематического единства, они включают в себя произведения различного стилевого плана. Самая мрачная фантастика кошмаров и ужасов перемежается в них со светлыми, вполне достоверными историями. Много внимания Гофман уделяет трагическому положению художника в феодальном и буржуазном обществе. Это его излюбленная тема, и он разрабатывает ее в различных аспектах. Так, в новелле «Девица Скюдери» (Das Fräulein Scüdery) изображены терзания ювелира Кардильяка. Искусный мастер, он не может наслаждаться изделиями своих рук, вынужден отдавать их богатым клиентам. Неудовлетворенное эстетическое чувство вдохновляет Кардильяка на преступление. Он убивает своих заказчиков, чтобы иметь возможность любоваться красотой драгоценностей.

В сборнике все время подчеркивается одержимость художника, его беззаветное служение искусству. Такова, например, Антония из рассказа «Советник Кресиель». У нее непреодолимая страсть к пению, ио ей противопоказано волнение, напряжение духовных сил. Однако Антония не в состоянии противостоять своему творческому порыву. Она гибнет в творческом экстазе.

Помимо художников, Гофман поэтизирует в «Серапионовых братьях» людей физического труда. Он, как и многие другие романтики, идеализировал ремесленные формы производства, когда мастер не выполнял, как при капитализме, лишь часть производственной операции, а изготовлял ту или иную вещь целиком от начала до конца, имея возможность вложить в ее изготовление свой талант.

Подлинным гимном свободному ремесленному труду является новелла «Мастер Мартин-бочар и его подмастерья» (Meister Martin der Küfer und seine Gesellen). События в ней насыщены романтикой немецкого Возрождения. Место действия— Нюрнберг XVI в., колыбель немецкой гуманистической культуры. Герои новеллы — натуры незаурядные, колоритные. Особенно замечателен старый бочар Мартин, влюбленный в свое ремесло. Он пренебрежительно относится к дворянским титулам и намерен выдать свою дочь, красавицу Розу, только за бочара, и притом самого искусного в своем деле. С огромным воодушевлением и любовью Мартин рассказывает о своем ремесле, он чувствует себя подлинным художником — творцом, находящим полное удовлетворение в своем труде. Однако искусный бочар умеет ценить мастерство людей и других профессий. Он не остается равнодушным к бокалу, изготовленному ювелиром Фридрихом, и дает свое согласие на его брак с Розой.

Поэзией ремесленного труда овеяна новелла «Мастер Иоганн Вахт» (Meister Johannes Wacht), в которой выведен образ талантливого плотника-строителя,' наделенного редкими душевными качествами. Добродушный, веселый, он бодро шагает по земле, украшая ее новыми зданиями.

Замечательно яркое романтическое искусство Гофмана проявилось в его рассказах для детей, также вошедших в сборник «Серапионовы братья». В них бьет ключом жизнерадостность, вера в торжество счастья и добра, критикуется современность и поэтизируется старина, социальный уклад, не затронутый капиталистическим прогрессом. Показательна в этом плане новелла-сказка «Неизвестное дитя» (Das fremde Kind). В ней очень тонко раскрывается мир детской души. Ребенок в творчестве романтиков ввиду своей неиспорченности и наивности изображается как существо, наиболее предрасположенное к романтическому восприятию жизни. Таковы дети барона Бракеля — Феликс и Христлиба, живущие на опушке леса в полуразвалившейся лачуге. Окружающая природа полна для них восхитительных чудес. Они сливаются с ней в одно целое, понимают язык всех обитателей ее чудесного царства. Но вот в поэтический мир Феликса и Христлибы вторгается нудное существо— противный учитель Чернилка, олицетворяющий бездуховное современное общество. Он лишил детей романтического очарования, запретил им прогулки в лесу, замучил заучиванием никому не нужных схоластических премудростей. Чернилка ненавидит природу. Недаром в ином, фантастическом мире учитель оказывается повелителем гномов Пепсером. Но могущественный заступник Феликса и Христлибы — «неизвестное дитя», сын царицы радости и счастья — изгоняет злобного Чернилку из дома барона Бракеля.

О детском романтическом восприятии жизни Гофман рассказывает в известной сказке, полной очаровательной выдумки,— «Щелкунчик и мышиный король» (Nußknacker und Mäusekönig), на мотивы которой Чайковский написал музыку к балету.

Последние годы Гофман работал над романом «Житейские воззрения кота Мурра» (Lebensansichten des Katers Murr, 1820—1822). Роман остался незавершенным. Автором написаны только две части из задуманных трех. Сатирическое развенчание княжеского абсолютизма чередуется здесь с прославлением натур творческих, которых представляет композитор Иоганн Крейслер. Двуплановость повествования, характерная для творчества Гофмана, выдержана в этом романе вплоть до деталей. Жизнеописания «просвещенного» кота перемежаются тут с рассказами о судьбе Крейслера, бьющегося в тисках враждебного ему общества. Все особенности миропонимания писателя получили в «Коте Мурре» колоритное воплощение. Белинский писал: «... Ни в одном из своих созданий чудный гений Гофмана не обнаруживал столько глубокости, юмора, саркастической желчи, поэтического очарования и деспотической, прихотливой, своенравной власти над душою читателя»5.

Филистерскую Германию олицетворяет в романе кот Мурр. Он самодоволен, наделен ярко выраженным чувством собственничества, по-обывательски сентиментален, склонен к мечтательности. Мурр хочет обессмертить свое имя в потомстве, он пишет стихи. Из-под пера его вышли назидательный роман «Мысль и чутье, или Кот и собака» и трагедия «Крысиный король Кавдаллор». Ему не чужды сочинения и на публицистические темы. Известность в кошачьих кругах получил его трактат «О мышеловках и их влиянии на мышление и дееспособность кошачества». Гофман в данном случае высмеял «творчество» и «научные» разыскания филистеров от искусства и науки, имевшие широкое распространение в тогдашней Германии.

В произведении воссозданы этапы духовной эволюции кота Мурра. В студенческие годы Мурр заражен робким духом свободомыслия. Он даже становится членом молодежной корпорации, оппозиционно настроенной по отношению к властям. Правда, оппозиционность Мурра и его товарищей не представляла опасности для государства. «Наш союз,— сообщает он,— основывался единственно на сходстве убеждений. Ибо вскоре объявилось, что каждый' из нас предпочитает молоко воде и жаркое хлебу». Гофман в данном случае издевается над буршеншафтами — студенческими организациями, возникшими в Германии в конце 10-х гг. XIX в. Доставляя полиции немало хлопот своими буйными попойками, дуэлями, бурши не имели какой-либо серьезной политической программы. Единственная их политическая акция — убийство драматурга Коцебу, шпионившего в пользу русского самодержавия.

Ненависть Гофмана к современному ему социальному и политическому строю особенно рельефно выразилась на страницах романа, посвященных изображению жизни «кукольного» княжества Зигхарствейлер. Размеры его столь ничтожны, что князь Ириней имеет возможность просматривать его с балкона в подзорную трубу от начала и до конца. Он всегда знает, как «обработали свои виноградники Ганс и Кунц и уродилась ли пшеница у Петера».

Гофман заостряет внимание на интеллектуальном убожестве властителей немецкого народа. Князь Ириней характеризуется как «сиятельный олух», как ничтожество с претензией на значительность. Его сын Игнатий отмечен уже печатью явного вырождения. Под стать «самодержцу» и его окружение. Титулованную знать достойно представляет барон Алкивиад фон Випп.

Он часами «лорнирует прохожих» или старается плюнуть в середину камня, специально для этой цели врытого иод окном его дома.

Среди таких титулованных дегенератов вынужден вращаться Иоганн Крейслер, талантливый музыкант-романтик. В затхлой придворной атмосфере он тоскует по чистому воздуху, по вольным просторам. Его удерживает при дворе лишь любовь к эстетически чуткой Юлии да дружба с Абрагамом, хозяином кота Мурра. Однако взаимная привязанность Крейслера и Юлии не может привести к браку. Композитор бежит в Канцгеймское аббатство. Жизнь здесь поначалу складывается в духе его идеалов. Он находит в монашеской среде дружески расположенных к нему людей (монах Иларий и др.), но тлетворное влияние времени проникает и в стены монастырской обители. Крейслер снова вынужден отправиться в изгнание. Положение его трагично. По замыслу Гофмана, он должен был окончить свой жизненный путь в психиатрической больнице. Таков, по мнению писателя, удел художника в современной ему Германии.

Каков художественный метод Гофмана? Вопрос этот сложен. Большинство исследователей считают Гофмана романтиком, но есть и такие, которые относят его к. реалистам. Действительно, можно выдвинуть немало, казалось бы, неотразимых аргументов причастности Гофмана к реализму. Его отрицательные образы, при всей своей карикатурности и фантастичности, всегда имеют реальную жизненную основу, они исторически верно передают существенные черты людей определенного социального слоя. Гофман сам указывал на жизненные истоки своих произведений.

Однако возникает вопрос, могут ли такие жизненно правдивые образы появиться в творчестве писателя-романтика? Опыт развития мировой литературы отвечает на это утвердительно. В произведениях Ж. Санд, В. Гюго, А. Мицкевича и. других признанных гениев европейского романтизма отрицательные герои всегда отражают типические свойства людей определенной социальной среды, тогда как положительные воплощают в себе авторские представления о возможном, идеальном человеке. Гофман в данном случае не составляет исключения. В его творчестве реальное также совмещается с идеальным. Двуплановость романтического искусства есть отражение противоречивости романтического мировоззрения, в котором отрицание бездуховных сторон жизни совмещается с утверждением идеала, нередко лежащего за гранью реальной действительности. Гофман осмысливал реальный мир мистически, полагая, что его развитие определяется неподвластными разуму сверхъестественными силами. Подобный взгляд на жизнь и делал его романтиком,

Примечания.

1 Белинский В. Г. Поли. собр. соч., т. 8, с. 231.

2 Гейне Генрих. Поли. собр. соч., т. 7, с. 242.

3. Белинский В. Г. Поли. собр. соч., т. 8, с. 231.

4 Гейне Генрих. Поли. собр. соч., т. 7, с. 242—243.

5. Белинский В. Г. Поли. собр. соч., т. 4, с. 311,

© 2000- NIV